АО "Россети Тюмень" - Андрей Кузьмич Шахов -

Единый контактный центр: 8 800 220 0 220

Телефон доверия:8 800 200 55-03

Единые бесплатные номера телефонов
АО «Россети Тюмень»

Андрей Кузьмич Шахов

Жизнь как подвиг
История артиллериста Андрея Шахова

Пожилой мужчина в скромной серой курточке тихо вошел в класс во время школьной перемены. Мимо него проносились мальчишки и девчонки, громко кричали и не обращали никакого внимания на дедушку. Прозвенел звонок. В класс вошла учительница, предложила нашему герою присесть и рассказать ребятам свою фронтовую историю. Андрей Кузьмич Шахов снял куртку. Класс ахнул: вся грудь ветерана в орденах и медалях. Ветеран начал свой рассказ…

Артиллеристы, зовёт Отчизна нас

Родился я в Курской области, в небольшой деревушке в 25-30 домов под названием Согласие. В апреле 1943-го, когда война была в самом разгаре, и немцев прогнали из-под Сталининграда, меня в возрасте 16-ти лет призвали в армию. Это случилось за три месяца до Курской битвы, а как только Курская и Воронежская области были освобождены, я отправился на службу. Пешком дошел до своей воинской части - 200 км до города Острогожск в Воронежской области. Оттуда нас, молодых призывников, в телячьих вагонах повезли в военную часть. Буквально через полгода я уже обучался в сержантской школе.

Служил я в артиллерийских войсках. И вот в 45-м когда советские войска окончательно прогнали фашистов с наших территорий, и все мы думали, что война окончена, два наших полка погрузили в вагоны и отправили в Германию… Так я попал на фронт. В самое пекло. Штурмовал Берлин и участвовал в освобождении пленных из немецкого концлагеря.
Помню, что все тогда вокруг казалось брошенным – пустые дома, разбитые окна. Люди спасались бегством, ведь гитлеровская и геббельсовская пропаганда утверждала, что Красная армия называется красной потому, что после себя оставляет лишь кровь. Люди боялись наших солдат, так как верили, что наша армия все уничтожает на своем пути. Но когда советские войска вошли в Берлин и освободили пленных, многие увидели настоящее отношение наших солдат к людям.

В Берлине мне довелось служить при 122-х миллиметровой гаубице. Она весит больше 3 тонн, только снаряд у нее - 16 кг, а дальность полета 10 км. Меня часто спрашивают, было ли мне страшно воевать? А как может быть не страшно, если идешь на смерть? Когда мы своей воинской частью в Германию заехали, она уже была практически окружена. Однако нас запустили в самый центр, самое пекло сражений, чтобы разбить врага изнутри. Казалось, перед нами открыли ворота ада и тут же за нами закрыли. Помню, бежишь во время сражения через поле, пытаясь добраться до леса, чтобы укрыться от пролетающих снарядов и пуль, а ноги уже не слушаются, подламываются. Пули вокруг свистят, ты бежишь и думаешь, вот сейчас будет твоя… Но, нет, пронесло. Остался я жив.

Мой близкий друг Павел Фомич Свербягин вместе со мной штурмовал Берлин и тоже остался жив. В 16 лет он попал под Курск и там подбил три танка. Мы дружим много лет, он живет по соседству. Мы друг к другу частенько в гости ходим. Посидим, поговорим, выпьем по стопочке за тех, кто не вернулся с поля боя. За тех, чьи кости в земле…

Через 2 месяца после капитуляции фашистской Германии мы получили приказ на выезд в Советский союз. Всем своим артиллерийским полком переехали в Западную Украину и приступили к службе в городе Владимир-Волынский. Спустя пять лет в нашу воинскую часть приехал генерал из Москвы, поблагодарил за службу и отдал приказ демобилизоваться. А почему, вы думаете, после войны мужчины так долго в армии служили? Да потому что много наших солдат полегло в боях, и нужно было время, чтобы молоденькие ребята выросли, и армия могла меняться регулярно. Вот мы и задержались на своей смене еще на пять лет.

И вот вернулся я обратно на Родину - в Курскую область. Приехал ночью и 18 км пешком шел от станции до родного дома. Хотя, как я шел – летел! Зашел в свою деревушку, а вокруг знакомый запах разнотравья, родного леса. Постучал в дверь – не открыли. Все спят. Потом отец вышел: смотрит и не узнает – сынок, ты что ли? Когда отец провожал меня в армию, то на прощание нагибался и целовал меня, потому как ростом я был невелик, метра полтора. А через 7 лет, когда вернулся со службы, уже я нагибался и отца целовал. Вот так мы поцеловались и приступили к мирной жизни…

Урок подошел к концу. И к Андрею Кузьмичу потянулась вереница ребят с просьбой оставить свой автограф на тетрадных листочках. 30 школяров выстроились в очередь к ветерану Великой отечественной войны, человеку бесстрашному, невероятно сильному духом. А еще – человеку, внёсшему свой вклад в развитие энергетики Тюменского региона.

Самое счастливое время – когда я приехал в Сургут

Мы беседуем с Андреем Кузьмичем Шаховым в его гостиной. Небольшая аккуратная комната обставлена памятными фотографиями. Вот на центральном месте висит его семейный портрет – с супругой Александрой Ивановной.
- Бабушки уже 11 лет нет с нами, - рассказывает ветеран. - Меня иногда спрашивают: Андрей Кузьмич, что же вы один один живете? Не найдете себе бабушку? А я говорю – такой бабушки как моя у Господа Бога больше нету. И больше мне никто не нужен.

Самое трудное время в жизни нашего героя наступило после войны:

- Четыре года гитлеровская армия все уничтожала, сжигала города и деревни. Рушила заводы. А потом, в пятилетку с 1945 по 1950 годы все это было восстановлено. Это же надо понимать, с каким трудом и энтузиазмом советский народ работал для восстановления родных городов, сельского хозяйства! Я отправился в Великий Новгород и устроился на торфяные разработки. В послевоенное время в стране был дефицит угля, и поэтому для работы электростанций применялся торф. Только электростанции Ленинграда ежедневно сжигали по 10 эшелонов торфа.

В это непростое время я познакомился со своей женой. В 1956 году мы вместе переехали осваивать целину в Казахстан, Кустанайскую область. На долгих 10 лет. Я работал шофером. Жена воспитывала детей. Потом была попытка переезда в Крым, где я тоже работал водителем, развозил молоко с фермы на рынок. Но жизнь наша никак не устраивалась, денег не хватало. Четверо детей и зарплата в 120 рублей – получается по 20 рублей на каждого. Не густо. И тут мой друг, фронтовик, написал письмо, что сейчас работает шофером в Сургуте, где получает по 500-600 рублей в месяц. Я поначалу даже не поверил в это: да как такое возможно?

В Сургут я с семьёй приехал 2 апреля 1970 года. И вот уже 45 лет как живу здесь. Помню, когда вышел из самолета, то поразился, что все «пузо» у него было в грязи. Куда, думаю, я приехал?

Друзья и знакомые меня постоянно спрашивали: а вот ты переедешь на Север с семьей, как, где ты будешь жить? А я всем отвечал: буду как Суворов: приеду, палатку натяну на берегу Оби, и в палатке буду жить. И буду работать. Спасибо, жена меня поддержала, а как иначе? Она же знала, с кем связалась (смеется). Я такой человек - никакие трудности мне не страшны.

Первое время жить нам было негде, поселились в бараке на Черном мысу. Пустой барак, даже кровати не было. Я нашел большую дверь, постелил на нее матрас, который с собой привезли. И вот мы вшестером на этом матрасе спали поперек, чтобы поместиться. Такие были условия жизни. Современный человек в это, наверное, и не поверит (смеется).

Устроился на работу в Сургутскую ГРЭС, ее тогда весь Советский союз строил. Приезжали комсомольские бригады, добровольцы со всей страны. Стройка кипела день и ночь! И вот на ГРЭС прислали 20 новых машин, для того, чтобы привозить бетон с бетонного завода для закладки фундамента. Одну из этих машин выделили мне и сказали – будешь в микрорайоне Энергетиков собирать мусор. Раньше это называлось не ЖКХ, а Сургутское ЖКО (жилищно-коммунальный отдел). У энергетиков был свой ЖКО, у геологов свой, а у нефтяников - свой. Все собирали у себя в микрорайонах мусор и отвозили на одну свалку. Так я и провел 7 лет за баранкой мусоровозки ЗИЛ: в половине седьмого утром и вечером я подъезжал во двор, жильцы выходили на улицу, выстраивались в очередь и выбрасывали мусор в тентованый кузов.

Мне мужики на работе иногда говорили – что у тебя за работа?! Мусор – это ерунда! А я говорил – не-е-ет, это не ерунда. Вот вы на машине возите бетон с завода на фундамент. А если я завтра на ремонт встану, то вас снимут с бетона и поручат собирать мусор. Потому что мусора на улицах быть не должно. Строго с этим было.

Молодое поколение, конечно, не видело, с чего все начиналось, какая тут была грязь и неустройство. Сейчас все иначе, хотя такого бардака с мусором как сейчас, раньше никогда не было! Если ты мусор выкинешь в неположенном месте, тебя вызывали в Дом Советов, читали там тебе нотации, и ты платил штраф в 25 рублей.

После 7 лет работы на Сургутской ГРЭС Андрей Кузьмич перешел на такой же автомобиль в 10-ю базу Сургуттрубопроводстроя, где отработал еще 15 лет. А потом снова вернулся на Сургутскую ГРЭС-2, но уже в качестве охранника. Так и работал, будучи уже пенсионером, уйдя со службы только в 71 год.

Сейчас Андрей Кузьмич находится на заслуженном отдыхе. Но и в свои 89 лет он до сих не расстается с автомобилем, возит на дачу и по делам всех своих друзей.

- Я на шофера учился в 1946 году, после войны. У меня даже справка в кармане лежит, что я проходил медкомиссию 10 октября 1946 года. И вот по сей день я кручу руль. Сейчас я езжу на автомобиле Нива. У меня теплый гараж, зимой в нем 5-10 градусов тепла. Вот так каждый день и проходит - машину завел, ворота открыл и потихонечку поехал...

У Андрея Кузьмича трое взрослых детей - сын и две дочери, восемь внуков и пять правнуков. Младший сын Виктор пошел в энергетику, 15 лет проработал на Сургутской ГРЭС-2.

В свои 89 лет наш герой продолжает вести активную жизнь. Его вместе с другом-фронтовиком Павлом Свербягиным часто приглашают в школы рассказывать молодежи о боевом прошлом. Андрей Кузьмич никогда не сидит без дела, и с оптимизмом повторяет: «Я еще молодой, могу ходить куда хочу». А когда нашему герою становится скучно, он играет на гармошке. И частенько затягивает свою любимую, артиллерийскую:

«Горит в сердцах у нас любовь к земле родимой,
Мы в смертный бой идём за честь родной страны,
Пылают города, охваченные дымом,
Гремит в седых лесах суровый бог войны.
Артиллеристы, Сталин дал приказ,
Артиллеристы зовёт Отчизна нас,
Из тысяч грозных батарей
За слёзы наших матерей
За нашу Родину огонь, огонь…»


Мой дедушка, Шахов Андрей Кузьмич –
ветеран Великой Отечественной войны.

2007, Шахов Артём

Наш город помнит о героических днях Великой Отечественной воны 1941-1945 гг. В годы суровых испытаний Сургут жил одними заботами со своей страной. Я знаю, что лозунг был один: «Все - для фронта все - для победы». Здесь, в тылу, понимали: чем лучше будут работать в тылу, тем скорее наступит час окончательного разгрома врага. С первых дней в городе проводились курсы всеобщего военного обучения, активизировали работу оборонные кружки. Сотни молодых людей окончили курсы военной подготовки, медсестер, сдали нормативы "ГСО" "Ворошиловский стрелок", ПВХО. Но еще больший героизм проявили северяне на фронтах Великой Отечественной.

Я хочу рассказать о военных подвигах жителей моего Сургута и подвиге моего родного дедушки Шахова Андрея Кузьмича.

2615 солдат Сургутского района ушли на фронт. 1288 из них не вернулись домой, пали в боях, около двухсот пропали без вести, многие умерли от ран после войны. Это истинные герои, чей подвиг во имя свободы и независимости советской Родины сравним с подвигом Суворова.

Сургутяне не только освобождали Россию и Европу, но и штурмом взяли неприступные сопки Большого Хингана, преодолели безводные пески пустыни Гоби.

В честь павших воинов 8 сентября 1968 года в Сургуте был открыт мемориал Солдатской славы и памяти. Автор мемориала – бывший танкист и работник культуры Владимир Владимирович Стародумов. 1000 установленных фамилий дал инициатор открытия мемориала и тогдашний председатель общества охраны памятников истории и культуры Ф.Я. Показаньев. Шестнадцать гранитных плит с именами погибших и не вернувшихся бойцов встали в почетный караул у Вечного огня, рядом с мраморным обелиском на братской могиле защитников Советской власти 1921 года.
Сургутяне чтят память своих земляков. Очень красиво и верно об этом написал Леонид Гайкевич.

Сургут, как и другие города,
Послал своих сынов спасать Россию.
Сплотила Русь всеобщая беда,
И перед силой духа зло бессильно.
Сургут, как и другие города,
Работал на войну с мечтой о мире.
И день и ночь для фронта шли суда,
Груженные богатствами Сибири.

Сургут, как и другие города,
Победу ждал, надеялся и верил,
Что мир спасет российская звезда,
Сломавшая хребет стальному зверю.
Шагает День Победы сквозь года,
Торжественен и чист Отчизны голос.
Сургут, как и другие города,
Живым и павшим кланяется в пояс.

Среди солдат Великой войны был и мой дед.

Мой дедушка - Шахов Андрей Кузьмич, родился 26 ноября 1926 года, в деревне Заселье Курской области. В 1939 году, после окончания начальной школы, он начал нелегкую трудовую жизнь в колхозе, чтобы как-то помочь своим родителям. О дальнейшей учебе не могло быть и речи, так как в семье, кроме него, было еще шесть человек.

22 июня 1941 года, как и все советские люди, дедушка, пятнадцатилетним мальчишкой с глубокой скорбью и болью принял известие о нападении фашистской Германии на нашу Родину. В апреле 1943 года дедушка был призван в ряды Красной Армии. Первоначальную военную подготовку проходил в г. Сормово Горьковской области, в школе младших командиров, где в короткий срок овладел военным делом. После окончания школы осенью 1944 года получил воинское звание младший сержант и в конце ноября прошел подготовку в военно-полевом лагере под г. Горьким в артиллерийской части для отправки на фронт в действующую армию в составе маршевой роты.

На 1-й Украинский фронт попал в январе 1945 г. Фронт, которым командовал маршал Конев, находился за пределами нашей Родины и приближался к Берлину. Дедушка прибыл на фронт в качестве командира отделения артиллерийской разведки, позже он был назначен помощником командира взвода управления. Его привезли поездом до границы Польши, а после солдаты своим ходом на автомашинах с артиллерийским орудием прошли через Польшу.

«На Берлин» - звали надписи военных дорог, «В Берлин» - крупными буквами было начертано на стволах орудий, танков, на фюзеляжах самолетов. С каждым днем все ближе фашистское логово. Воинская часть, в которой проходил службу дедушка, дислоцировалась по берегу реки Шпрее. Канал Берлинер-Шпандауэр в районе Фольке-парке имел 75 метров ширины, отвесные бетонные берега. Через него не осталось не одного целого моста. Трехмиллионный Берлин окутывался дымовой завесой, пламенем огня, содрогался от ударов тяжелой артиллерии, разрывов бомб, танковых, минометных снарядов. Тут и там взрывались снаряды. Река Шпрее рассекала город на две части, имела отвесную гранитную набережную высотой до трех метров. Форсирование на подручных средствах было затруднено.
После артподготовки солдаты форсировали реку Шпрее, где были выстроены понтонные мосты. Берлин начали штурмовать 16 апреля 1945 года. Дедушкина 10-я батарея приехала на передовую, где солдатам было указано занять огневую позицию. Отделение разведчиков дедушки, было выставлено на передовую вместе с пехотой. Вот воспоминания душки о тех днях: «Тот, кто служил в пехоте, кто ходил в атаку и вступал в рукопашную схватку с врагом – тот всегда подвергался опасности, смотрел смерти в глаза. При наступлении - разведчики впереди. Разведка всё, что видит, по связи передает на батарею, поэтому мы знали, что происходит на подступах к Берлину, к рейхстагу. Чем ближе к центру города, тем кровопролитнее бои, тем больше сопротивление. В целях сохранения жизни немецких солдат и мирного населения командованию немецких гарнизонов был предъявлен ультиматум, но противник к нему не прислушался. Командование отдало приказ уничтожить группировку вражеских войск. Разгорелся жестокий огневой бой. Воздух звенел от множества пуль, от осколков снарядов и мин. Перед рейхстагом немцы установили ряд зенитных орудий прямой наводки и несколько артиллерийских батарей. Жилые кварталы Берлина были превращены в развалины. Фашисты стремились в мощный узел обороны каждый дом, они забаррикадировали улицы. Смертники из «Гитлер-югенд», вооруженные фауст-патронами, подстерегали наших бойцов. Чем ближе к центру города, тем кровопролитнее бои на Александерплац у Брандербургских ворот. Здесь был кромешный ад, горело все, клубились черные облака”.

10-я батарея 968 гаубичного артиллерийского полка, в которой воевал дедушка, принимала активное участие в героическом штурме Берлина. 122-мм гаубицы 10-й батареи меткими ударами уничтожали врага. Дедушкино отделение под командованием младшего лейтенанта Каплуна под ураганным огнем немцев выполнило боевое задание.
Дедушка с гордостью вспоминает дни штурма логова врага и ему особенно памятен день, когда, рискуя своей жизнью, спасал раненого командира взвода, младшего лейтенанта Каплуна. Оставаясь за командира, дедушка вместе с взводом продолжал успешно выполнять боевую задачу.

В районе Моабита, где находилась тюрьма, солдаты продвигались очень медленно. Узкие улицы напоминали ущелья. Тюрьма Моабита, где находились политзаключенные и военнопленные, занимала целый квартал. В этой тюрьме, как узнал дедушка, погиб татарский поэт Мусса Джалиль и многие патриоты антифашистского движения. Чувствуя приближение своего конца, немцы уничтожили всех видных политических деятелей, находившихся в плену.
30 апреля прогремел залп гвардейских минометов – «Катюш» - сигнал для всеобщей артиллерийской подготовки по району рейхстага. Одновременно открыли огонь танки, минометы, все скрылось в дыму. Этот огневой налет гитлеровцы не выдержали, оставили свои траншеи перед рейхстагом и поспешили укрыться в здании, чем немедленно воспользовались наши воины, Как только бойцы достигли рейхстага, на его здании заалели флаги.

Рейхстаг к утру 2 мая 1945 года был полностью очищен от плененного в нем противника. Оставшиеся в живых немецкие солдаты, офицеры, генералы выходили из подвальных помещений и сдавали оружие на центральной площади Берлина.
Утром 2 мая 1945 в дедушкиной части был митинг, на котором объявили об окончании войны. Радости не было предела, бросались друг другу в объятия. Торжество солдат подчеркивали раскаты очередей из всех видов оружия. И те, кто были у рейхстага, чем и как могли, расписались на стенах уже порядочно испещренного снарядами здания.

За участие в боевых действиях, мой дедушка Андрей Кузьмич Шахов, награжден орденами и медалями: «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945гг.», Медалью маршала Жукова, Орденом Отечественной войны 2-й степени, юбилейными медалями.

До 1950 года дедушка продолжал воинскую службу в рядах Советской армии. В 1970 году приехал в Сургут.
Дедушка работал на строительстве Сургутской ГРЭС. За трудовую деятельность он награжден медалями: «За освоение недр и развитие нефтегазового комплекса Сибири», «Ветеран труда» и почетными грамотами. Сейчас дедушка на пенсии и много времени проводит с нами, внуками, рассказывая нам истории из своей интересной жизни. Однажды, 9 мая, накануне очередной годовщины Великой Победы, городская газета «Новый город» напечатала статью о ветеране ВОВ – Шахове Андрее Кузьмиче. Я очень горжусь своим героическим дедом и хочу быть похожим на него!
- для увеличения фото нажмите на него
Вверх